Отрывки из интервью психиатра и карикатуриста Андрея Бильжо изданию Собеседник.
Есть такое явление, как индуцированный бред. Это когда есть психически здоровые люди и один нездоровый, которого они, однако, любят и уважают, – родственник или коллега. Ему мерещатся марсиане, он говорит об этом, и ему верят, потому что давно его знают и он никогда раньше не обманывал. В этом смысле телевизор является авторитетом для людей, неспособных к анализу. Не все такой способностью обладают, это нормально. Так было всегда, и при СССР тоже: если написано в газете – значит, так оно и есть.
К сожалению, сила пропаганды не преувеличена. Наши телеведущие в большинстве своем умные, образованные люди. Некоторые из них интуитивно владеют психотерапевтическими методиками. Это вам говорит человек, который отрицал это еще в 90-х годах. Сейчас я в это верю.
На чем основан, например, гипноз? Вам говорят простые фразы, но все время меняют интонацию, чтобы вы находились в просоночном состоянии. Сначала вы засыпаете: «Ваши веки становятся тяжелыми, ваши руки становятся тяжелыми… Ваши руки становятся ОЧЕНЬ ТЯЖЕЛЫМИ». Вас выдергивают из сна – вы уже не спите, но еще не проснулись. Это и есть просоночное состояние, в нем в человека можно заложить самые разные мысли.
Другое дело, что есть люди гипнабельные, а есть негипнабельные. Когда я получал второе образование, профессор Рожнов демонстрировал нам императивный гипноз. Он влетал в палату, где у кроватей стояли женщины, и кричал каждой: «Спать! Спать! Спать!» И они падали. Только одна в ответ спросила: «Профессор, а почему вы на меня кричите?»
Приблизительно 20–30 процентов людей не поддаются гипнозу. Тут вот еще в чем дело: определенные программы, выступления конкретных политиков смотрят люди уже подготовленные. Так было и со Сталиным, и с Гитлером, и с «Битлз» – у всех была своя публика, уже готовая к тому, что услышит.
…
Много лет назад у меня был сложный пациент. По поводу него собрался консилиум, на который приехал академик Рубен Наджаров, умнейший человек и ведущий психиатр страны. Все ждали его вердикта, потому что непонятно было, с чем мы имеем дело – пациент бесконечно бил жену, постоянно куда-то попадал…
Рубен Александрович всех выслушал, а потом сказал: «Не всё можно объяснить с точки зрения психиатрии. Иногда бывают просто подонки». На этом консультация была закончена.
Это я сейчас к тому, что не на все вопросы у психиатров есть ответы. Не знаю, что произошло с людьми. Я забанил несколько человек в Фейсбуке – самых активных, которые совсем уж лозунгами заговорили.
Но в целом в кругу моих друзей, слава Богу, все нормально. У меня есть только аналогии из сталинского периода. Два моих деда были расстреляны. Папа папы был русский дворянин, автор учебника «Полиграфические машины», работал на Гознаке и потом еще 7 лет провел в Норильском лагере. Папа мамы, мой еврейский дедушка, был расстрелян на Лубянке. Его жена, моя бабушка, попала в Акмолинский лагерь жен изменников Родины – АЛЖИР.
Так вот, моя мама, которая потеряла папу и мама которой находилась в ссылке, будучи на шестом месяце беременности мной, в марте 1953 года со слезами на глазах собралась идти хоронить Иосифа Виссарионовича Сталина. Я мог не родиться вообще. Маму тогда заперли дома. Спустя много лет я спросил ее: «Как ты вообще могла? Что с тобой произошло?» И мама ответила: «Я была дурой».
Я надеюсь, часть живущих сейчас скажут о себе в будущем то же самое. Может быть, я сам скажу.
Источник: Собеседник.ру