В прошлом году Владимир Путин уехал с саммита G20 досрочно: ему надоело, что мировые лидеры отчитывают его из-за Украины, напоминает The Financial Times. Спустя 12 месяцев, на недавнем саммите G20, к встрече с российским президентом горячо стремились, отмечают журналисты Алекс Баркер, Джордж Паркер и Катрин Хилле: «Западные лидеры были вынуждены признать, что дорога к умиротворению в Сирии неизбежно идет через Москву».
«Будь то перенаправление авиаударов с сирийских повстанцев на объекты ИГИЛ или поддержка политического урегулирования на Украине и предложение реструктуризации долга, Путин почувствовал, что все карты у него на руках: Запад обращался к нему за решениями», — говорится в статье.
Авторы также утверждают: «Как всегда бывает с Путиным, его риторика и утверждения часто противоречат его действиям».
По фотографии показалось, что Путин и Обама восстановили деловые отношения. «Но Обама постарался не пробуждать надежд на подлинное потепление или незамедлительные политические подвижки в Сирии», — пишет газета.
Британский премьер Кэмерон назвал «колоссальной» дистанцию между позициями Запада и России по вопросу Асада.
«А обещания Путина объединиться против терроризма перемежались характерными шпильками насчет успехов французской контртеррористической политики в Сирии или бессилия военных действий США в регионе», — говорится в статье.
По мнению авторов, Москва сознает необходимость культивирования в Сирии политического процесса, который включает в себя вероятность отставки Асада и диалога с максимально возможным кругом оппозиционных групп и внешних сил.
«Но даже в правительственных кругах сомневаются, что Путин бросит Асада. Чиновники говорят, что российский президент принимает этот вопрос близко к сердцу в связи со своей идеей-фикс, что Запад стремится к смене режимов от Ближнего Востока до Москвы», — говорится в статье.
По мнению авторов, пока Путин может по-прежнему «бомбить повстанцев, а одновременно пытаться вступить в диалог с ними и принуждать их к переговорам с Асадом».