Парад в честь 70-летия окончания Второй мировой войны в Москве стал наиболее масштабным празднованием Дня Победы с момента распада СССР. Около 16 000 солдат, 200 единиц бронетехники, а также 150 самолетов и вертолетов проехали по Красной площади. Эта картина показалась бы до боли знакомой советским лидерам вроде Леонида Брежнева или Никиты Хрущева, пишет Нина Хрущева, декан факультета «Международные отношения» университета New School в Нью-Йорке, старший научный сотрудник Института мировой политики, руководитель проекта «Россия» для www.project-syndicate.org.
Но, несмотря на то, что союзниками России во Второй мировой войне были страны Европы и Северной Америки, западные лидеры не присутствовали на церемонии. Таким образом они выразили протест против путинского вторжения в Украину и аннексии Крыма. Вместо них дорогими гостями Путина стали лидеры Китая и Индии, что показывает, как мало друзей осталось у нынешней России.
Сюрреалистическая природа этого мероприятия – отражение странностей путинского режима. И в самом деле, наблюдать за сегодняшней Россией – все равно что смотреть последнюю часть франшизы Люди Икс «Дни минувшего будущего». Так же, как герои фильма объединились со своими молодыми ипостасями ради спасения человечества,
Кремль решил вернуть Россию в ее советское прошлое, считая, что борется за выживание страны.
Ключевым элементом его стратегии является пропаганда, которая отождествляет современный Запад с немцами, вторгшимися в Россию в 1941 году, а украинское правительство называет фашистами и неонацистами. Именно такими заявлениями, а также выдуманной необходимостью защищать русскоязычных в других странах, Кремль оправдывает свою агрессию в Украине. Вскоре после аннексии Крыма Путин обвинил Запад в том, что его неготовность пойти на диалог не оставила РФ иного выбора. «Мы постоянно предлагаем сотрудничество по ключевым вопросам, — заявил он. – Мы хотим укрепить наш уровень доверия, сделать наши отношения равноценными, открытыми и честными. Но мы не увидели ответных шагов».
Историк Роберт Пакстон считал, что парады могут многое рассказать об истории государства. Его книга «Парады и политика при Виши», опубликованная в 1966 году, описывает, как Филипп Петен, возглавлявший коллаборационистский режим в Южной Франции во время немецкой оккупации, использовал зрелища, реакционную политику и, конечно, союз с Гитлером, чтобы убедить свою побежденную страну в том, что она все еще что-то значит для мира. Режим авторитарного традиционализма Виши восхвалял семью и отечество, а Петен, бывший военный командир, возвышался над трибунами, словно царь.
Параллели с путинской Россией очевидны. Путин считает себя новым царем. Его кагэбэшное прошлое определяет его стиль руководства, который включает в себя уничтожение свободных и честных выборов, преследование оппонентов и продвижение консервативных ценностей, которые Путин, как и Петен до него, противопоставляет разлагающему влиянию «аморального» и «загнивающего» Запада.
В рамках своего подхода Путин образовал союзы с политиками вроде Башара аль-Асада в Сирии и египетского военного правителя Абделя Фаттах аль Сиси. Китай, вторая по величине экономика в мире – ценное дополнение к этой коллекции дружелюбных антидемократических государств, поскольку у него также есть претензии к Западу.
Но Россия, в отличие от Китая, не является поднимающейся супердержавой. Путин может сколько угодно называть свои действия в Украине борьбой с фашизмом. Но на деле это борьба за значимость – борьба, в которой Путину никогда не одержать победу. Неважно, каким грандиозным будет парад, за ним не скрыть правды: дни России в роли супердержавы остались в прошлом. Путинский патриотизм, как и патриотизм Петена — это патриотизм проигравшего.
Перевод НВ