Ирина Геращенко, Народный депутат Украины
В своем выступлении в начале январской сессии ПАСЕ президент Педро Аграмунт обратил внимание на теракты в разных странах мира, выразил соболезнования семьям погибших детей в автокатастрофе в Италии. Мы полностью разделяем эту позицию и присоединяемся к словам искреннего соболезнования семьям погибших детей, это ужасно.
Но вот чего не можем понять – почему в сердце Аграмунта и в его риторике не нашлось ни одного слова сочувствия украинским детям, украинским семьям, которые потеряли детей в результате развязанной РФ войны против Украины.
Почему не нашлось слов соболезнования родителям, чьи дети подорвались на минах, которые щедро поставляет российский военторг, или детям, которые были обстреляны и ранены.
Украинская делегация делает все, чтобы привлечь внимание мира и ПАСЕ к нарушению прав детей на оккупированном Донбассе.
Сегодня провели круглый стол, посвященный теме детей на Донбассе, которые больше всего страдают от военных действий. Владимир Арьев презентовал фильм о детях, о пережитых маленькими украинцами трагедиях потери дома, школы, семьи, родного города. Это ужасно.
Я рассказала, что эта проблематика постоянно звучит на гуманитарной Минской группе. Украина выступает категорически против вовлечения детей в конфликт, мы имеем десятки фактов вовлечения подростков боевиками на блокпостах, а российские сайты и газеты печатают многочисленные репортажи о военизированных лагерях для подростков, где детей с оккупированных территорий муштруют для будущих войн.
Я рассказала об истории подростков, которых с сентября 2016 удерживают в тюрьме в ОРДЛО за «диверсии». Несмотря на обещания, которые ОРДЛО дали ОБСЕ, дети до сих пор остаются за решеткой.
От конфликта на Донбассе страдает минимум 1700000 детей по обе стороны линии соприкосновения. За время военной агрессии, по меньшей мере, 68 детей погибли, ранены 186. Очевидно, что эти цифры неполные и неточные, потому что мы не имеем полной информации о судьбах детей на оккупированных территориях.
Если говорить о характере ранений, то это ужасные истории – дети страдают от обстрелов и мин, мы имеем несколько страшных случаев, когда детям ампутированы все конечности, руки и ноги, из-за подрывов на минах. Мы выражаем благодарность нашим коллегам и партнерам из других стран, где эти дети сейчас проходят реабилитацию и протезирование.
Остаются нерешенными вопросы перевозки нескольких домов для детей с тяжелыми диагнозами, лежачих детей, которых мы не успели эвакуировать в 2014, и которых украинской власти просто не отдают, несмотря на наше настояние.
Так же остается заблокированным вопрос доступа международных гуманитарных миссий на оккупированные территории и их нормальной там работы, в частности, и тех организаций, которые занимаются помощью детям как наиболее уязвимой социальной категории.
Из-за войны 1937 детей остались сиротами, и эта цифра каждую неделю растет, потому что режим тишины ежедневно нарушается.
Как украинская власть видит решение этих проблем?
Первое – мы привлекаем внимание к нарушению прав детей на оккупированных территориях на всех международных площадках.
Второе – настаиваем на доступе международных гуманитарных организаций на оккупированных территориях.
Третье – содействуем программам реабилитации и протезирования детей.
Четвертое – в программах реинтеграции Донбасса ключевую роль власть отводит восстановлению именно образовательных и гуманитарных объектов. Во время визита на Донбасс мы побывали в школах, которые сейчас реставрируются и отстраиваются по программе перераспределения средств (выделены 4 млрд на Донецкую и Луганскую области).
Пятое – мы поддерживаем программы обучения детей и молодежи с оккупированных территорий в украинские вузы. Мы за интеграцию молодых украинцев в общественную жизнь.