Егор Киян, эксперт Международного центра перспективных исследований
В ближайшее время существует вероятность того, что Сбербанк России в Украине будет куплен одним из белорусских банков. Во время реализации задуманного, при содействии НБУ и НКЦБФР, планируется выкуп акций Сбербанка Украина, которые выпущены после аннексии Крыма. Такая ситуация теоретически может обеспечить вывод средств банка из-под санкций и гарантировать почти безубыточный их возврат российскому собственнику. Это влечет за собой определенные проблемы для Украины. Об этом пишет автор на сайте «Апостроф».
Какие последствия может иметь такое способствование российскому собственнику, и с какой целью такая операция может проводиться? Анализируя документы по западным санкциям, которые могут быть применены к украинским институтам, вовлеченным в данную операцию, необходимо отметить следующее:
— Санкциями ЕС запрещено принимать участие и производить действия, которые направлены на обход ограничений (12 статья решения ЕС №833/2014 от 31 июля 2014 года). То есть, помощь Сбербанку РФ запрещена, но вместе с этим в европейских санкциях напрямую не указываются «дочки» российских банков. И дальше вопрос уже только интерпретации действий украинских властей – в чью пользу они будут направлены – белорусских партнеров, российского собственника или украинского бюджета и клиентов?
— Санкции США (OFAC) — более жесткие, и четко прописывают, что будут наказаны организации, которые помогают обойти или выйти из-под санкций компаниям. Украинские санкции (постановление Национального банка от 01.10.2015, №654) также запрещают проводить операции такого типа.
Таким образом, можно сделать вывод, что существует значительный риск попадания под санкции ЕС и США таких украинских институтов как НБУ, НКЦБФР и Антимонопольный комитет. Даже если такая операция произойдет, и не будет иметь видимых последствий, то негативные репутационные факторы для НБУ и других институтов все же сыграют определенную роль в отношениях с Западом: возвращая капитал, мы способствуем инвестору из «недружелюбной» страны, против чего сами же выступали.
В противовес таким перспективам и политическим факторам нужно рассматривать экономический фактор. В рамках нашей нынешней конфронтационной парадигмы развития, от зависимости от российского капитала необходимо избавляться. Но при этом следует взять во внимание, что:
— Активы Сбербанка Украины (ликвидные активы и кредитный портфель банка) составляют 63 млрд грн, депозитный портфель со средствами украинских физических и юридических лиц – около 16 млрд грн ($0,5 млрд). Данные суммы являются довольно значительными в рамках украинской экономики.
— Учитывая состояние банка по выполнению нормативов на момент 1 квартала 2018 года, он находился почти в конце списка и действительно нуждался в капитализации, чтобы минимизировать риски, хотя и был способен генерировать прибыль. Таким образом, можно даже отметить, что банк пока демонстрирует высокий уровень социальной ответственности, капитализируя свою дочку и увеличивая уровень инвестиций (статистически) в украинскую экономику.
— Российский собственник может перестать финансировать украинскую дочку, таким образом, по сути, доводя ее до банкротства. И дочка может в любой момент «без проблем» закрыться. В таком случае проблемы банка лягут на плечи украинского налогоплательщика и вкладчиков банка, которые в лучшем случае получат из своих вкладов не более 200 000 грн (ограничение Фонда гарантирования вкладов физических лиц). Но этого пока не происходит.
Соответственно, возникает вопрос: если мы хотим избавиться от российского капитала, каким образом нам это сделать, чтоб не перекладывать проблемы на плечи налогоплательщиков?
Прежде чем принимать такое резонансное решение, необходимо вывести проблему в публичную дискуссию, не заниматься популизмом или «договорняком»: ведь она затрагивает как интересы страны и ее репутацию, так и интересы клиентов, вкладчиков, кредиторов и так далее.
Ведь с одной стороны мы хотим избавиться от зависимости от российского капитала, и при этом, чтобы это не легло на плечи украинского населения, как произошло с рядом других банков. А с другой стороны мы рискуем репутацией важнейших институтов страны. Поэтому необходимо дать правильные ответы на нижеприведенные вопросы:
— Как «правильно» поступить со Сбербанком Украина: банкротить, ликвидировать, продавать или спасать? Продать активы, возвратить средства вкладчикам и компенсировать разницу из бюджета?
— Возможно ли в принципе спасение «санкционного» банка без нарушения санкций? Кто должен будет заплатить по счету, если это окажется невозможным?
— Избежим ли мы возможного «эффекта домино» и реакции других банков?
— Готовы ли мы и спасать нашу репутацию, и тянуть на своих плечах проблему российских банков?
Все эти вопросы на данный момент остаются открытыми…
В принципе, идеальным, конечно же, был бы следующий вариант: возращение Крыма, урегулирование проблемы Донбасса, компенсация потерь Украины, и, соответственно, снятие санкций. Но если этого не произойдет в ближайшее время – как долго может продолжаться неопределенность с санкционными банками?